.
Меню
Главная
Археология
Этнология
Филология
Культура
Музыка
История
   Скифы
   Сарматы
   Аланы
Обычаи и традиции
Прочее

Дополнительно
Регистрация
Добавить новость
Непрочитанное
Статистика
Обратная связь
О проекте
Друзья сайта

Вход


Счетчики
Rambler's Top100
Реклама


Факты и обобщения
Громкие и торжественные диспуты ученых часто превращаются в споры относительно слов и имен, а благоразумнее было бы с них и начать, для того чтобы посредством определений привести их в порядок.
Р. Бэкон. «Новый органон»

Могильник, поселение или же древний клад и все, что происходят из этих комплексов (от обломков глиняных сосудов или отщепов кремня до монументальных сооружений), составляет основную источниковедческую базу археологии. Интересно, как археолог разбирается в море фактов. Какие операции и в какой последовательности производят над материалом начиная с того момента, как он выкопан, попал в руки ученого и оказался запечатленным в виде рисунка, чертежа или перфокарты? Как и с помощью каких дополнительных средств от археологических фактов мы переходим к археологическим научным построениям?

Любой обнаруженный предмет, оказавшись в руках археолога, ставит целую серию вопросов. Прежде всего, необходимо сразу же определить, что он собой представляет функционально и морфологически. Уникален ли он или повторение того, что уже известно (то есть здесь проявляется умение различать и отождествлять предметы)?

Нам нужно знать, как этот предмет и аналогичные ему распределены во времени и пространстве, как следует их упорядочить, что им предшествует, с чем они связаны генетически. Таким образом, следует ответить на вопросы, поставленные в определенной последовательности: что, где, когда? Это, собственно, еще описательная, эмпирическая стадия. Далее следуют вопросы, объясняющие это явление. Рассматривая данный археологический материал в системе наших знаний, необходимо понять, как отражают предмет или совокупность предметов стоящую за ними реальность - самих некогда живших людей, уровень развития производства и общественных отношений, исторические события и идеологические представления, характер торговых и культурныx связей. Тут уже ставятся вопросы, связанные с интерпретацией фактов (как, почему, каким образом), и для ответа на них следует применить методы дедукции и индукции, экстраполяции, моделирования, перехода oт простого к сложному, вводя уточненную номенклатуру, определяя законы перехода от археологических фактов к историческим построениям и принятые в этом случае допущения и ограничения.

Поэтому история археологии это не столько и не только история раскопок, то есть открытия новых материалов, пусть ярких и блестящих, сколько история изменений наших представлений о возможностях и способах интерпретации материалов и конкретное проявление этих интерпретаций в реконструкции прошлого. Углубление наших представлений характеризуется применением все более точных и эффективных методов познания - будь то новые методы датирования, экспериментальные работы, методы математической статистики и теории информации. На очереди дня стоит переход к углубленному анализу, когда нам важны как конечный результат, так и выработка чутких, тонких и объективных: приемов, которые помогут извлечь максимум информации из имеющегося в нашем распоряжении материала. В методике археологического исследования нет еще единообразия и однозначности в определениях, многие положения здесь спорны или неясны, а на часть вопросов до сих пор нет ответов, но поскольку в данной работе нам не раз придется, говоря о кобанской или скифской, сарматской и аланской культурах, оперировать термином «археологическая культура» - одним из фундаментальных понятий археологической науки, то следует подробнее рассмотреть содержание этого понятия и дискуссионные аспекты его толкования.

Для археологов основным предметом исследования являются археологические факты. Прошло уже то время, когда археологическое исследование основывалось на единичных фактах и наблюдениях. Бедой науки нашего времени скорее может стать обилие вещественных источников, когда в результате интенсивных раскопок накапливается огромный полевой материал, который сложно опубликовать без потери информации и еще труднее обобщить, ведь каждые пятнадцать-двадцать лет объем материала по меньшей мере удваивается. Темпы накопления материала не должны слишком сильно опережать развития методик, интенсифицирующих его исследование. Каждый вновь открытый и исследованный памятник (могильник или поселение) всегда в определенной мере уникален и в то же время обладает рядом черт, свойственных достаточно: широкому кругу памятников.

Наша задача состоит в том, чтобы наиболее точно определить место изучаемого памятника в ряду других (во времени и пространстве), что и означает отнесение данного памятника к определенному локальному варианту той или иной АК. В явной или неявной форме, но понятие АК присутствует почти в каждом археологическом исследовании. Несмотря на это, к настоящему времени нет единства во взглядах по всем основным вопросам, связанным с интерпретацией археологических материалов в этом ключе.

До сих пор исследователи не пришли к определенному решению относительно того, для каких этапов истории можно говорить о наличии археологических культур, каково время существования той или иной АК, то есть где следует видеть смену археологических культур, а где - этапы одной культуры. Сходный вопрос возникает при определении пространственных границ культуры и соотношения данной АК с ее локальными вариантами. Ведь нельзя же согласиться с таким явлением, когда одним исследователем несколько памятников с очень узкой датой (а бывает и всего один) интерпретируются как особая культура, тогда как другим эта же группа рассматривается как представляющая определенный этап одного из локальных вариантов культуры (много подобных примеров мы видим, обращаясь к археологии Приуралья; археологии Кавказа, пожалуй, присуща противоположная тенденция).

К настоящему времени можно насчитать около двух десятков теоретических работ, ставящих своей задачей специальное рассмотрение проблемы АК. Начнем с того, что именно большинством исследователей принимается за объект исследования: «элементы», «группы», «некий организм», «типы остатков» или же «типы находок», «стиль в культурах», комплекс «признаков», или «памятников», «локальные образования», «совокупность вещественных признаков» или «находок», «археологические памятники» или «группу памятников». Собственно, в разных по форме определениях речь идет об одном - об археологических памятниках, сумма, а вернее, сложная динамическая система которых и составляет АК. Поскольку археологические памятники характеризуются определенным набором признаков, в некоторые определения АК включаются характеристики присущих этим памятникам свойств как «типичных», «своеобразных», «постоянно встречающихся», «связанных», «обладающих сходством или отличием», «этнографических».

Критериями выбора признаков, характеризующих АК, являются их специфичность, конкретность, необходимость полноты списка, возможность использования количественных характеристик, узость ареала каждого из них. Выбор производится из всей суммы археологических источников. Сюда входят и орудия труда, и предметы быта, и оружие, и керамика и ее орнамент, и украшения (особенно женские), и характер жилища и его конструктивные детали, и очаги, и типы могильных сооружений, и детали погребального обряда, и т.д. Раз именно своеобразие ряда конкретных черт позволяет из обширной массы памятников выделить близкие (сходство внутри группы подчеркивается отличием от других групп), АК существуют реально, а не только играют служебную роль для наших построений. В определение АК включается представление о занятой ею территории, «сплошной» или, по крайней мере «определенной», то есть памятники одной АК занимают некую территорию (вначале, как правило, сплошную), границы которой меняются в процессе существования культуры - они могут расширяться и суживаться. АК может сегментироваться, когда группа населения - носитель той или иной АК - переселяется на другую территорию.

Все это тесно связано с вопросом о характере границ между археологическими культурами: они могут быть достаточно четкими, если идут по естественно-географическим рубежам. Например, северная граница кобанской культуры, идущая по пограничью степей и предгорий, прослеживается гораздо лучше, чем западная и восточная, где рубежами являются междуречья. Среди исследователей не утихают споры о том, являются ли те или иные памятники этого пограничья смешанными (зона контакта двух культур), или же их следует относить к одной из двух граничащих между собой археологических культур.

И некоторых случаях между археологическими культурами выявляются «нейтральные зоны», тогда размытые границы приобретают желаемую четкость. Проблема границ между археологическими культурами и членения последних на локальные варианты, так же как и проблема времени существования АК и деления ее на этапы (периоды, стадии), прежде всего упирается в вопрос о мерах сходства и отличия между группами памятников. Коль скоро не введены количественные оценки степени сходства, не определен набор необходимых и достаточных признаков, выделение археологических культур остается операцией произвольной и субъективной. Стоит обратиться к археологической карте Приуралья, пестрящей только для одного раннего средневековья таким обилием «культур», имеющих весьма узкую территорию и время существования, как становится ясным, что сопоставлять эти «культуры» с АК смежных территории или других периодов просто невозможно в силу их таксономической неравноценности. Собственно, как правильно указал И.С.Каменецкий, полемизируя с В. Ф.Генингом, хронологические этапы и локальные варианты трактуются в данном случае как отдельные АК, а этим мы лишаем АК присущего ей развития во времени и изменения в пространстве, рассматривая статически живую и динамическую систему.

Неразработанность этих критериев сходства и различия - самое слабое место наших теоретических построений. «Измерение» как основной путь исследования включалось в определение АК еще В. А. Городцовым. В 1929 г. В.С. Жуков говорил о необходимости «количественного и качественного учета и выделения тех характерных признаков, которые определяют группы». В большинстве работ последующего периода ному вопросу отводилась роль «археологической кухни» и выносить его на обсуждение представлялось авторам излишним. В этом случае в определении давался как бы результат такой аналитической работы, проведение которой подразумевалось, корреляция между признаками выражалась не количественно, а качественно: «комплексы... находок», «определенный комплекс археологических предметов», «совокупность археологических памятников», «система типов», «культурный комплекс». В представлении археолога, выделявшего АК, существовал «средний «памятник», эталон, несший в себе сочетание тех черт, которые характеризовали культуру.

В настоящее время в советской и зарубежной археология существуют многочисленные разработки математико-статистических методов оценки сходства (например, поселений или культурных напластований) по процентному соотношению массового материала, вводятся точные критерии определения значимости признаков. Поставлен вопрос о том, что средствами математики следует выбирать критерия для выделения этапов и локальных вариантов в пределах археологических культур. Чтобы подойти к рассмотрению АК «в системе взаимно координированных понятий», следует вернуться к тому, как исторически складывалось это понятие в теоретической археологии на протяжении двух последних столетий.

На начальной стадии развития археологии, в частности европейской, когда в музеях уже были сосредоточены обширные археологические коллекции, задачей первостепенной важности стало их упорядочение по культурно-историческим стадиям с опорой на данные стратиграфии (если колонка строилась по материалам поселений) или на корреляцию основных типов вещей из погребений и иных закрытых комплексов.

В тот период в археологии преобладала терминология, заимствованная из эволюционной биологии и предназначавшаяся для упорядочения памятников культуры во времени - по «эпохам», «периодам», «стадиям» (ср. в современной) школе археологов США: pattern - phase - aspect - focus - component). Другим важнейшим орудием исследования стал метод картографирования: определялись ареалы отдельных признаков, типов вещей и их сочетаний, в результате чего выделялись «культурные провинции», «культурные группы», «культурные круги» (в частности, и работах немецких археологов и этнографов; ср. в США: culture area - region - locality). Собственно, мы видим изолированное рассмотрение двух сторон развитие ее во времени, периодизация, и изучение ее ареала и локальных вариантов; эти два направления закономерно должны были слиться.

Теперь посмотрим, как решалась проблема соотношения АК и этноса - вопрос весьма важный и сложный. В явной и неявной форме многие определения АК содержали допущение, что рассматриваемая культура являлась культурой определенного народа. По Ю.И.Захаруку, АК отражает «территориальное распространение и этапы исторического развития группы родственных племен, говоривших на диалектах одного языка». В свою очередь, И. Ю. Брайневский высказался еще более определенно: «Культуру, которой не отвечала бы одна, и только одна этническая общность, мы не признаем культурой». Следует отметить, что в большинстве работ вопрос соответствия АК и этноса решался негативно. Однозначного соответствия между этносом и археологической культурой нет, хотя археологическая практика зачастую негласно предполагает противоположное.

В настоящее время этот вопрос подвергся разбору в этнографической и археологической литературе. Какими важнейшими понятиями современной этнографической науки мы можем оперировать при его решении и с чем соответственно можем сопоставлять А К, чтобы сохранить и учесть принятую в этнографии «систему взаимно координированных типологических понятий различного таксономического уровня». Прежде всего, это понятия «хозяйственно-культурный тип» (ХКТ) и «историко-этнографическая область» (ИЭО), выделенные еще в 1965 г. М. Г. Левиным и Н.Н.Чебоксаровым, успешно применяющиеся в этнографии поныне и имеющие определенные соответствия в археологии.

ХКТ отражает выработанные в процессе исторического развития на основе общности естественно-географических условий «комплексы особенностей хозяйства и культуры». ИЭО выявляет локальную специфику этих систем, когда в силу общности социально-экономического развития, взаимосвязей и взаимовлияний складываются, культурно-бытовые особенности. Соотношение археологической культуры с этими этнографическими понятиями весьма различно: АК может соответствовать хозяйственно-культурному типу или его локальному варианту, иногда же варианты АК соответствуют разным ХКТ. Характерные черты АК могут помочь картографировать ИЭО в древности.

Если же говорить об этнической интерпретации АК, то следует согласиться с тем, что ни в коей мере нельзя выделять «этнос на основе отдельно взятых элементов культуры - будь то погребальный обряд, форма каменных орудий или тип керамики и ее орнаментации». Определение этнической принадлежности носителей отдельных археологических культур древности требует сопоставления археологических материалов с данными лингвистики, письменных источников, антропологии, фольклористики, топонимики, следует использовать ретроспективный и типологический методы, статистические подсчеты, картографию и т.д.; но даже в этом случае мы не сможем выйти за рамки гипотетических построений. Мы попытаемся также конкретно осветить некоторые из тех этногенетических вопросов, которые позволяет ставить археологический материал в сопоставлении с данными письменных источников, палеоантропологии и других наук, чтобы воссоздать отдельные страницы истории племен, населявших Кавказ в древности.

Ковалевская В. Б. Кавказ и аланы. М., 1984
Автор: Humarty   

Популярное

Поиск

Опрос

Через поисковую систему
По ссылке
По совету знакомых
Через каталог
Другое



Календарь
«    Апрель 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30 

Архив
Сентябрь 2015 (3)
Август 2015 (2)
Июль 2015 (7)
Июнь 2015 (10)
Май 2015 (9)
Апрель 2015 (5)

Реклама
купить споттер;Экскурсии по Украине - пластиковые окна киев. Окна металлопластиковые в Киеве.;Ремонт домашних кинотеатров Philips. Ремонт домашних кинотеатров Bbk.;взыскание долга в арбитражном суде