.
Меню
Главная
Археология
Этнология
Филология
Культура
Музыка
История
   Скифы
   Сарматы
   Аланы
Обычаи и традиции
Прочее

Дополнительно
Регистрация
Добавить новость
Непрочитанное
Статистика
Обратная связь
О проекте
Друзья сайта

Вход


Счетчики
Rambler's Top100
Реклама


Военное искусство. Третий период (VII - IX вв.)
Стратегия. Как и для всей территории Европы (313, с. 79), военное искусство Алании этого периода не представляет интереса. Развитие государственной власти, как и в остальных регионах, сопровождалось военными конфликтами, но военные возможности алан в этот период резко сокращаются, это было обусловлено выделением небольшой прослойки профессиональных воинов, монополизировавших право на «военный бизнес».

С самого начала аланской государственности ее военная политика не преследовала захватнических целей, поскольку за присоединение территорий приходилось слишком дорого платить, как в прямом смысле, так и человеческими жизнями, а их результатом являлось только увеличение расходов на оборону (238, с. 433), чего слабая государственная власть Алании позволить себе не могла. В этих условиях проводилась гибкая политика лавирования между влиятельными государствами, в результате которой аланы постоянно выступали союзниками одной из сторон (а зачастую и обеих одновременно) в любом крупном конфликте на Кавказе. Это было вызвано тем, что независимость небольшого государства обходилась ему, как правило, очень дорого, поскольку нейтральную страну безнаказанно грабили обычно обе враждующие державы. Аланская оборонительная концепция основывалась на создании вдоль границы на стратегически важных направлениях системы мощных укреплений, призванных задержать противника до подхода основных сил. Особое предпочтение отдавалось ведению военных оборонительных действий в горных районах, где, благодаря знанию особенностей рельефа и опыту, горцы-аланы получали большое преимущество. Примером аланской стратегической концепции действий в обороне могут служить действия во время вторжения арабских войск под предводительством полководца Буги. Вот как это описывает армянский автор IX-X вв. Товма Арцруни: «Спустившись с гор, они (северокавказские племена - С.А.) заняли подножие гор, приготовившись к сражению. Они заперли стражей крепостей и закрыли теснины ущелий, что вели в их укрепленную страну.» (2. Вып. III, с. 21).

Такие статьи дохода профессиональных аланских воинов как наемничество достигают пика, о чем свидетельствует множество импортных изделий (особенно монет) в погребениях этого периода.

Что касается роли конницы, то она по-прежнему составляет главную силу армии. Еще в начале VII в. Исидор Севильский сообщал, что аланы были небоеспособны пешими(192, с.106). Исходя из схожести аланских войск в этот период с венгерскими, можно говорить об идентичности их тактики. Основным оружием был лук, а отличительной чертой действий мобильность. Венгры не могли выдерживать сражений и противостоять хорошо организованной тяжелой пехоте и кавалерии, поэтому всячески избегали ближних боев. Используя свою мобильность и луки, они кружили вокруг врага, нанося ему, удары издали, пока в тесных порядках противника не появлялись бреши, затем нападали, обычно с тыла, на изолированные группы, стараясь уничтожить их поодиночке (249. т.1, с.312).

Венгры обычно не доводили атаку до конца, поворачивая своих коней и пуская стрелы. Источники отмечают, что они никогда не сходят с коней и не сражаются пешими. В своих дальних рейдах венгры предпочитали действовать небольшими группами, избегая чрезмерной концентрации сил (249, с.312).

Что касается пехоты, то ее роль в этот период резко возрастает, что ввязано с изменением характера военных действий. Войны в высокогорной местности и защита сложившейся системы укрепленных поселений и стратегический крепостей требовали новый тип профессионального воина - пехотинца. Не случайно аланские сабли отличаются незначительной кривизной и обоюдоострым клинком - такое оружие было универсальным, как для пешего, так и для конного боя.

Под влиянием тесных контактов с Византией у алан в это время должна была получить распространение тактика, строящаяся на большом числе последовательных ударов по врагу и стандартные боевые порядки, состоявшие пяти основных элементов: 1) первая линия центра; 2) вторая линия центра; 3) резерв (охрана тыла), обычно представляющий собой две группы, размещенные позади каждого фланга; 4) фланговые отряды охранения, в боевую задачу которых входили также охват и окружение противника; 5) отряды дальнего охранения и прикрытия, в боевую задачу которых входили также охват и окружение противника (238, с. 434, 435). Поскольку пехота у алан была в меньшинстве, она могла образовывать только вторую линию центра или в качестве дополнительного резерва размещаться позади двух кавалерийских линий (238, с. 435).

Важно отметить и изменение основной тактической доктрины: если раньше упор делался на рассечение войска противника с целью рассеять его и уничтожить по отдельности, то отныне аланы стремятся окружить его путем координированного взаимодействия обоих родов войск (при вспомогательной по отношению к кавалерии роли пехоты).

Дальнейшее развитие получает искусство устройства засад, особенно в узких горных ущельях и на перевальных путях. Шапух Багратуни (IX в.) сообщает о вторжении в Аланию арабов: «пожелал он (багдадского халифа Ахмад - С.А.) пройти через врата и прошли через них 70 тысяч. Услышали об этом аланы, собрали войско, отрезали дорогу через ущелье, и, задержав их в узком месте, принялись беспощадно избивать. Сраженные ужасными ударами, свалились со своих коней воеводы персидские - Ахмад и Муслим. Перебравшись через Кавказ с двумястами людей, едва спасшись, бежали они в Дербанд. Так войска тачикские (арабские - С.А.) были истреблены войсками аланскими, и с великим позором вернулись тачики обратно» (Вып. 11, с. 43). В этой связи, можно отметить проявившиеся стремление алан дать генеральное сражение вторгшемуся неприятелю в приграничной горной зоне, где они имели ряд преимуществ. Об одной подобной компании сообщают грузинские летописи. Речь идет о вторжении в 851 г. полководца халифа багдадского Буги на Кавказ: «Буга вступил в Дчарталетию, взял с овсов 300 заложников и, желая разгромить Овсетию, прибыл в Цхаоти. Но армянский эристав Абулбаз и Гурам мампал, брат царя Баграта, послал сказать горцам, что бы они не пропускали их. Горцы весьма обрадовались и пожертвовали своими заложниками, бог помог им: выпал глубокий снег. Горцы преградили дорогу сарацинам. Бог им дал победу: большое число сарацин легло, у них околело много лошадей оттого, что они ели растение «мели» (одурь)» (9, с. 29).

Вызывает интерес рассказ армянского автора IX - X вв. Товма Арцруни о позиционном сражении между войсками арабского полководца Буги и цанарами (речь идет, по всей видимости, об одном из аланских племен, поскольку цанары локализуются армянскими источниками в районе Дарьяльских ворот): «Вступив в сражение с цанарами, они (арабские войска под предводительством Буги - С.А.) покрыли кругом подножие гор, выбрасывая вверх скопление волн, гонимых столкновениями бурь. И вот загудела вообще вся земля, подобно разбушевавшемуся морю. С наступлением утра сражение ожесточилось и (продолжалось) до конца дня, длившегося 12 часов. Войска царские были разбиты и вернулись в свой стан, вернулись в свой стан и горцы. Через день вновь столкнулись они в сражении, и опять были разбиты войска царские. И охватили ох большие сомнения: вернуться оттуда не желали, ибо почитали свершившееся великим стыдом, противостоять же им не могли, ибо многие из воинов пали. Наконец, решились они опять начать сражение; они возвеливал, построили помещения, в которых поселились. Пробыв там 9 дней, они 19 раз вступали с ними в сражение и были разбиты, истребляемы и умерщвляемы войска царские цанарскими войсками. И вернулись они посрамленные со стыдом и позором, поруганные и разбитые» (2, с. 21).

Поскольку именно период VII - IX вв. у алан считается временем наиболее широкого развития земляной фортификации, вероятно, к нему относятся ямы-ловушки, столь известные в Нартском эпосе (166, т.2, с.247). Ловушка представляла собой глубокую яму, замаскированную сверху дерном, в которую мог провалиться даже всадник; попавшего в нее сверху забрасывали камнями и засыпали землей (168, т.2, с. 247, 351, 358, 366). Другим видом полевой земляной фортификации, упоминающимся в эпосе, являются своеобразные окопы - укрытия, которые представляют собой яму, вырытую для всадника и его коня (166, т.2, с.317, 372, 380). Судя по эпосу, они служили для устройства засад в степи, где не было возможности использовать маскирующие свойства местности, для внезапного нападения на врага. Встречается упоминание и об окопах, использовавшихся при осаде крепости, когда нападающие обстреливали стены, сидя в этих укрытиях (166, т.2, с. 421).

Сланов А.А. Военное дело Алан I-XV вв.
при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна
Автор: Humarty   

Популярное

Поиск

Опрос

Через поисковую систему
По ссылке
По совету знакомых
Через каталог
Другое



Календарь
«    Февраль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728 

Архив
Сентябрь 2015 (3)
Август 2015 (2)
Июль 2015 (7)
Июнь 2015 (10)
Май 2015 (9)
Апрель 2015 (5)

Реклама
джинсы crysp denim;Зеркальная поталь FILETTO;сиалис в Рязани;шрот соевый