.
Меню
Главная
Археология
Этнология
Филология
Культура
Музыка
История
   Скифы
   Сарматы
   Аланы
Обычаи и традиции
Прочее

Дополнительно
Регистрация
Добавить новость
Непрочитанное
Статистика
Обратная связь
О проекте
Друзья сайта

Вход


Счетчики
Rambler's Top100
Реклама


Сирдон
СирдонСирдон был из нартов. Он произошел следующим образом. Однажды Сатана без шаровар стирала на берегу реки белье. По другому берегу шел дьявол и, увидев белое как снег тело ее, разгорелся страстью и в это время оперся на камень, отчего последний оплодотворился. Сатана узнала об этом и стала считать месяцы. Наступил день, когда плод должен был созреть, и Сатана попросила разбить этот камень. Так как камень был большой, то его стали ломать кусками. Когда уже близко было то место, где находился младенец, Сатана напоила работавших аракой, которую сама же изобрела, и они заснули. Тогда она взяла бритву, осторожно прорезала оставшуюся еще оболочку камня и вынула оттуда младенца, которого она назвала Сирдоном Хитрый Сирдон, как отродье дьявола, отличался ловкостью и находчивостью. Но нарты ни во что его не ставили: над ним смеялись, как над дурачком, и держали для мелких услуг.

Однажды нарты по обыкновению отправились искать приключения и взяли с собой Сирдона, чтобы он стерег их лошадей, поддерживал стремя, когда они садились в седло. Целый летний день ехали нарты. То впереди их, то за ними шел и Сирдон, обливаясь потом и еле передвигая ноги от усталости. Никто не хотел даже посадить его за седлом. К вечеру нарты подъехали к одной большой реке. Так как пешком переправиться было нельзя, то один из них велел Сирдону взяться за хвост его лошади. Когда он въехал в речку, то обратился к Сирдону.
— А когда ногти стригут, Сирдон?
— Когда о них вспомнят,
— ответил он, ничего не подозревая.

Тот заехал в глубокое место на реке, достал ножичек и стал подрезать себе ногти. Сирдона бросало из стороны в сторону, его пробрал холод. А что было делать? Наконец, подрезывание ногтей кончилось. Нарты выехали на другой берег, остановились ночевать и развели костер, но мокрого Сирдона даже не подпустили близко к огню — бросив ему кусок хлеба, они велели старательно стеречь лошадей.

На другой день нарты снова двинулись в путь. Сперва Сирдон опять шел пешком, но, когда он начал очень отставать, нарты стали возить его поочередно каждый за своим седлом. Сирдон у всех у них пообрезал огнива, которые по обыкновению были привешены у каждого к поясу. Когда же настал вечер и нарты остановились ночевать, ни у кого из них не оказалось огнива — все их потеряли на дороге.

«Что же теперь нам делать?» — подумали они. В это время один из нартов увидел в стороне свет. Нарты отправили Сирдона туда за огнем, но он не дошел до того места, откуда был виден свет, и возвратился назад, говоря, что ему даже дверей не отворили, сколько он ни кричал. Тогда младший из нартов пошел. Оказалось, что это был дом великанов. Его приняли там и попросили сесть, указав на длинную нару. Нарт, ничего не подозревая, сел на указанное место, но тотчас же и прирос к наре, так как она была облита бурамазом. Когда посланный долго не возвращался, следующий затем младший из семи братьев отправился узнать, в чем дело. И с ним случилось то же самое, что и с первым; то же случилось и с пятью остальными братьями — все они приклеились к наре и никак не могли встать.

Когда ушел последний из нартов искать братьев, Сирдон развел большой костер, сварил мясо, сделал шашлыки и как следует наелся. Потом взял один из оставшихся шашлыков и обмотал его усом а усы у Сирдона были предлинные, так что он болтался около его рта. Сирдон так и пошел к нартам. Вошел он в дом великанов и видит: все нарты сидят рядом и, приклеившись к наре, не могут сдвинуться с места. Не очень было, конечно, нартам приятно такое издевательство над ними Сирдона, да что было делать: они только могли со злости скрежетать зубами. Сирдону тоже предложили сесть около нартов.
— Нет, — ответил он, — я недостоин сидеть рядом с ними и обыкновенно стою при них, а если сажусь, то на бездонном ведре. Всыпьте-ка мне золу в такое ведро.

В бездонное ведро насыпали золы и подали его Сирдону, влив в него предварительно бурамаз, который ушел в золу, так что Сирдон, сев на ведро, остался невредим.

Вот, наконец, собрались в дом все великаны, поставили на огонь громадный котел с водой и, выбрав Созрыко, как самого жирного, судя по его красной шее, хотели уже зарезать. Нарты струсили. Тогда Сирдон взял с них слово, что они не будут ему мстить, и выручил их из беды. Как только великаны положили Созрыко на стол, чтобы его резать, он обратился к ним с хитрой речью:
— Великаны, — сказал Сирдон, — у нас возник спор, и так как мы сами не могли его решить, то пришли к вам, мудрейшим из людей, чтобы вы нас рассудили. Заспорили мы о следующем. Были три брата-богатыря. Они имели быка. Каждый день братья выходили на поле косить и скашивали по нескольку десятин каждый. Всю накошенную днем траву вечером они приносили быку, который, будучи днем на пастьбе, все-таки съедал ее в одну ночь. Однажды братья выпустили быка на водопой. Орел схватил и унес его в своих когтях на поле, где он сел на голову пасшегося козла и съел свою добычу. Когда орел улетел, козел встряхнул головой и оставшиеся на его голове кости разлетелись во все стороны, причем лопатка быка попала в глаз пастуха. Пастух, почувствовав в глазу боль, попросил своих товарищей вынуть из его глаза соринку. Товарищи вынули лопатку, и один из них обратился к пастуху со словами: «Как тебе не стыдно, что от такой ничтожной пылинки ты чувствуешь боль», — и сдунул лопатку. После этого мимо этой лопатки довелось проходить переселенцам. Они приняли лопатку за поле и поселились на ней. Так как на конце лопатки еще осталось немного мяса, то лиса являлась каждую ночь и грызла ее, отчего вся деревня колебалась, и жители ее приходили в страх. Вот приходит к ним как-то охотник, который берется помочь их горю, если они заплатят ему за услугу. Жители с радостью соглашаются и обещают дать ему все, чего бы он ни захотел, лишь бы избавил их от предстоящей беды. Охотник ночью под стерег лису и застрелил ее. Узнав об этом утром, все жители деревни отправились по кровавому следу лисы и нашли ее дохлою; они сняли кожу с одного ее бока, но так как на другой бок не могли перевернуть лису, то кожа на том боку осталась неснятою. Из половины лисьего меха все жители деревни сделали себе по шубе. После них пришел охотник, толкнул лису ногой, и она перевернулась — он снял с нее остальную кожу и тоже сделал себе шубу, но ему недостало меха на рукава. Вот, почтенные великаны, то, о чем мы заспорили. Теперь скажите вы нам, которое из всех существ, упоминаемых здесь, было больше и которое сильнее?

Кто из великанов сказал, что бык был больше, кто — что лиса, и так далее, но все утверждали разное, и, таким образом, при споре, который становился все жарче и жарче, дело дошло до драки. Великаны выбежали во двор и избили друг друга до смерти. Тогда Сирдон взял кипевший на огне котел и опрокинул его на нару под нартами. Вся кожа, которою нарты прикасались к наре, осталась на ней. Но они все-таки были рады, что так дешево отделались.

От великанов нарты поехали обратно домой. Сирдон тоже достал себе где-то одну клячу и сел на нее. Перед тем как выехать, кто-то из нартов, из мести, отрезал губы у лошади Сирдона, так что зубы ее остались открытыми. Заметив это, Сирдон взял и отрезал у самого основания хвосты у лошадей всех нартов и воткнул их им же в зады. Когда порядочно уже проехали, один из нартов оглянулся и, засмеявшись, просил других посмотреть назад. Все стали хохотать.
— Сирдон, чему это твоя лошадь смеется? — спросили они.

Сирдон будто бы и не понял.

Те еще больше стали смеяться, и один из них опять спросил, чему смеется его лошадь.
— Моя лошадь напрасно не будет смеяться: вероятно, она видит что-нибудь смешное, — ответил Сирдон.

Нарты оглянулись и, увидев отрезанные хвосты у своих лошадей, очень рассердились на Сирдона. Нагнув длинный тополь, они привязали Сирдона усами к вершине тополя и отпустили дерево, а сами уехали домой. Целый вечер и до утра горевал Сирдон. На следующий день утром пастух выгнал стадо в поле и, заметив Сирдона еще издали, подошел и спросил, что он там делает. Сирдон ничего ему не ответил на два вопроса, но, когда пастух спросил его в третий раз, он ответил, что взобрался на вершину дерева потому, что оттуда видны земли, воды, рай, ад — словом, все, что сотворил бог. Пастух заинтересовался и попросил Сирдона дать и ему посмотреть оттуда. Сирдон из хитрости стал отказывать, но потом согласился и велел нагнуть дерево. Пастух так и сделал. Сирдон сошел на землю, привязал пастуха к вершине дерева и, отпустив его, потом спросил, видит он или нет. «Нет!» — ответил пастух. Сирдон собрал его стадо и погнал.
— Куда ты гонишь мое стадо? — закричал пастух с дерева.
— А ты говоришь, что ничего не видишь! — ответил ему Сирдон и погнал стадо.

Сирдон пригнал стадо на тот луг, где у нартов обыкновенно происходил дележ награбленного при наезде, и стал кричать нартам, чтобы они пришли делить добычу. Нарты очень удивились, что Сирдон опять ухитрился избежать смерти, однако ж пришли и поделили стадо между собою. Так добродушно отомстил нартам умный Сирдон!



Источник:Нарты. Осетинский героический эпос. Т.А. Хамицаева А.Х. Бязыров

Автор: Humarty   

Популярное

Поиск

Опрос

Через поисковую систему
По ссылке
По совету знакомых
Через каталог
Другое



Календарь
«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930 

Архив
Сентябрь 2015 (3)
Август 2015 (2)
Июль 2015 (7)
Июнь 2015 (10)
Май 2015 (9)
Апрель 2015 (5)

Реклама
Подготовка к поступлению