Нарты собором сидели.
Урызмаг и Созрыко поспорили. Созрыко так говорит:
— Моя жена лучше твоей, да и я сам лучше тебя!В эту ночь ушел Созрыко, лег в свою спальню и заснул. Когда проснулся, смотрит — рассвело; тогда нашло на него раскаяние:
«Эх, как бог меня проклял: будто конской плетью я моего старшего ударил — так я обидел его. Как еще среди нартов пойду я? Погублю-ка свою голову, а не то мне будет стыдно!»
Утром он встал, вывел коня, прицепил доспехи и сел на коня:
«Погублю свою голову!» — сказал он и отправился.
Сатана была хорошая женщина. Рано утром мела улицу. Встретился ей Созрыко:
— Молодец! Куда едешь?
— Голову свою погубить! — и Созрыко ускакал.
Сатана сказала:
— Ах, чтоб мой дом рухнул! Половина нашего аула уходит!Сатана оседлала Урызмагова Дур-Дура и на него села. В городе
Тынте был у них зять.
«Быть может, он его постыдится и воротится», — подумала она. К зятю Сатана приехала и сказала:
— Зять наш! Половина нашего аула убежала, вороти Созрыко!Тот свою похоронную одежду надел, на боевую лошадь сел и погнался за Созрыко. На Фардыговом поле он нагнал его.
— Созрыко! Воротись, а не то и я вместе с тобой свою голову сгублю!Созрыко сказал ему:
— Ишак, фарссаглаг! Ты ко мне как дерзнул приехать?Они поехали вместе и, не говоря ни слова, приблизились к Иелусанеду. К реке Иелусанедской Созрыко бросился, а его зять Челахсартон сперва спешился, разделся и одежду снял, затем в воду бросился.
Созрыко сказал:
— Чтоб бог тебя не послушал! Зачем ты губишь свою душу за мою?Он прыгнул за Созрыко, схватил его и из воды вытащил.
Челахсартон сказал:
— Я тебя бесславным возвратом не ворочу, Созрыко: есть у нас одна сестра, ее ангелы сватают, но она ни за кого не хочет идти. Эту вот самую я тебе и отдам!Они повернули морды коней от Иелусанеда, приехали в дом Челахсартона, и он сказал своей сестре:
— Я нашел тебе хорошего мужа.Девушка ему сказала:
— Кто он, из каких?Он сказал ей:
— Из нартов — Созрыко.Тогда девушка заплакала и сказала:
— Я с нартовским мужем не стану спать.Созрыко полный гнева пришел, остановился в Нартовском ауле и сказал:
— Нарты! Я душою нездоров: Челахсартонова девица за меня выйти не хочет. Теперь для этого дружины нужны.Нарты сказали:
— Лучше нам погибнуть, если Челахсартонова девица за нарта не пойдет!Послали глашатая, и он крикнул:
— Нарты! Кто только может идти, идите, пусть ни один не останется дома. Созрыко дружины требуются. Кто втроем, из них одного караульщиком дома оставьте, кто вдвоем, пусть оба пойдут.Поутру собрались дружины.
У колдуньи ночью родился мальчик. Поутру Урызмаг кругом обошел свои дружины. Прибежал колдуньин мальчик:
— Я также в дружине иду!Урызмаг сказал:
— Вчера, мальчик, ты родился, как ты пойдешь сегодня в поход?Мальчик сказал ему:
— Какую помощь окажут тебе сто людей, такую и я тебе окажу!Урызмаг сказал:
— Кто подержит мне коня?Маленький мальчик сказал:
— Я подержу!Урызмаг сказал:
— Как ты подержишь? Моего коня нелегко держать!
— Все-таки подержу! — сказал мальчик.
— Как тебе сдержать? Если он тебе узду оборвет, чем ты его удержишь?
— Тогда за холку!
— А если он холку оторвет, тогда за что удержишь?
— Тогда за гриву удержу!
— А если он гриву оборвет, тогда за что удержишь?
— Все-таки я его за четыре ноги удержу и под себя повалю!После этого, когда начали биться, маленький мальчик сказал
Урызмагу:
— Если хочешь, я буду с горы нападать, если хочешь, — буду в твоей дружине сражаться.Урызмаг сказал ему:
— Хорошо было бы, если бы ты мне такую помощь оказал: наверху над ними гора, если оттуда нападешь, будет ладно.Мальчик пошел к горе, взлетел черной курицей на ее вершину и ударил ногой по горе; от горы отскочил кусок, обрушил половину домов города и перебил людей. Были у Челахсартона от бога три стрелы. Теперь, увидя мальчика на вершине горы, он сказал:
— Чудно! На моей горе сидит кто-то, подобный черному ворону; он мой город разрушил и людей моих перебил.Вот Челахсартон молит бога:
— Ой, боже! Если ты дал мне эти стрелы, то дай же мне попасть вот в того, кто находится на верху этой горы и похож на ворона! — Он выстрелил, попал мальчику в ногу, и стрела у того из колена высунулась.
Урызмаг положил мальчика на спину и перенес за две долины.
Сырдон был злодеем для нартов. Он сказал Урызмагу:
— Ага, Урызмаг! Твою дружину разбили, а ты колдуньина сына на спину положил и несешь.Когда Урызмаг услыхал эти речи, то бросил мальчика. Поэтому мальчик умер.
Батраз, Хамыца сын, смотрит с неба: хотя хорошо бьются нарты, но ничего Челахсартону не могут сделать.
Батраз спустился с неба:
— Что это значит, нарты? Дым ваших ружей идет, а городу вы урону не делаете. Ступайте притащите мою пушку, тогда увидите, что будет!Нарты пошли, но ни быками, ни людьми ничего с ней не могут поделать.
— Как же еще после этого вы на войну ходите? — сказал им Батраз.
Вот пошел Батраз к пушке сам, взвалил ее на спину и принес к месту битвы. Когда выскочил Батраз красный, как пламя, тогда сама пришла Челахсартонова девушка и просила его:
— Будь милостив! Не срами меня. Я согласна выйти за твоего брата!— Не по воле, так по неволе согласна будешь. Я не уведу тебя со срамом, но возьму с тобою половину этого города!Затем нарты взяли у них людей, казну, вместе с Созрыковой невестой и отдохнули в доме Челахсартона.
Источник:Нарты. Осетинский героический эпос. Т.А. Хамицаева А.Х. Бязыров
